Кассиан Угличский, преподобный

Аудио версия жития


В этот же день празднуется память святых:


ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО КАССИАНА УГЛИЧСКОГО

(память 2/15 октября)

Преподобный Кассиан был знатный грек и происходил из рода князей Мангунских1).

В мире он назывался Константином. О родителях князя Константина, о его жизни в детском и юношеском возрасте ничего не известно. Вероятно, еще в юных летах Константин отправлен был в Константинополь. Затем, когда в 1453 г. Константинополь взят был турками, он мог искать убежища в Италии, подобно Фоме Палеологу, князю морейскому, брату последнего византийского императора Константина, погибшего на стенах греческой столицы.

Известно, что около 1472 г. Константин находился в Риме, при дворе папы, где в то время жил Фома Палеолог со своими двумя сыновьями и дочерью Со­фией, а также много и других знатных греков. Несмотря на свою близость ко двору римского первосвященника, благоверный князь Константин не изменил святой православной вере. В 1472 г. София Фоминична с пышной свитой отпра­вилась в Москву для того, чтобы сочетаться браком с великим князем Иоанном Васильевичем III (1462—1505). Князь Константин вместе с другим греками сопро­вождал княжну Софию в Московское государство. Великий князь Иоанн с боль­шим почетом встретил свою невесту и давал богатые дары всем прибывшим с нею, в том числе и князю Константину. Но тогда как прочие греки с радостью принимали великокняжеские подарки — города в управление и села в вотчины и занимали разные почетные должности в Московском государстве, благочести­вый князь Константин отказывался от всего этого. «Господин великий князь! — говорил Константин, — и отечество свое я оставил Господа ради, и хочу того, что изволит Господь Бог и Пречистая Богородица». Его душа не лежала к тлен­ному и скоропреходящему богатству мира сего. И жил Константин при дворе московского государя в великом смирении, и кротости, и тихости, и многом безмолвии. Так прошло несколько лет. Князь Константин сдружился за это вре­мя с угличским князем Андреем, братом великого князя Иоанна Васильевича, и воспринимал у него сына Димитрия. Но тревожная и шумная жизнь при великокняжеском дворе не по душе была благочестивому князю, склонному к со­зер­цательной жизни инока. Великий князь назначает его поэтому владыч­ним боярином к Ростовскому архиепископу Иоасафу1).

Владычные бояре — светские архиерейские чиновники, заведовавшие глав­ным образом судебными делами в епархии.

Константин жил по-прежнему богобоязненно, в чистоте и целомудрии, часто посещая храм Божий. В 1489 г. свт. Иоасаф отказался от управления епархией и удалился в Ферапонтов монастырь, на место своего пострижения. Князь Кон­с­­тантин отправился провожать своего епископа, а вместе с тем посмотреть на монастырские порядки, о которых слышал много хорошего, и поучиться у здешних иноков богоугодной жизни.

Но Провидение не для того этого привело сюда богобоязненного князя. В оби­тели отвели для него келлию и поручили наблюдению благочестивого иеромонаха Филарета. Несмотря на свой чисто монашеский образ жизни, Конс­тантин все еще не решался постричься в монахи, хотя, наверное, свт. Иоасаф и уговаривал его. И Господу было угодно именно здесь, в обители прп. Ферапонта, призвать его к иночеству. Случилось это так. Однажды Константин после про­дол­­­жительного всенощного бдения задремал в своей келлии от утомления и видит страшный сон. В ужасе он просыпается и громко зовет своего сожителя: «Филарет, Филарет!» «Вот я! Что нужно, князь?» — спрашивает его Филарет. Но князь Константин был в ужасе и не мог говорить. Филарет сообщил о слу­чив­шемся архиепископу Иоасафу и игумену. Архиепископ велел привести к себе князя Константина и, сотворив над ним молитву, начал тихо его спра­шивать, что с ним случилось. Князь стал говорить, как бы пробуждаясь от сна, а потом, оправившись, рассказал следующее: «Видел я каменную церковь, боль­шую и прекрасную; в ней было множество монахов, а посреди церкви на прес­­толе сидел прп. Мартиниан (+ 1483 г.; память 12/25 января и 7/20 октября), бывший игумен здешнего монастыря, с большим жезлом в руке. “Постригись”, — говорил мне Мартиниан. “Не постригусь”, — отвечал я ему. Тогда преподобный опять повторил мне: “Постригись; если же не пострижешься, я прибью тебя этим жезлом”. Но я не согласился исполнить приказание святого и долго с ним спорил. Преподобный поднял свой жезл и хотел ударить меня им. От стра­ха я закричал и проснулся. Душа моя в смятении. Постригите меня в святой ино­ческий образ».

Кончив рассказ, князь упал в ноги к архиепископу, потом игумену, со сле­зами и рыданиями молил их постричь его. И все дивились такой быстрой перемене мыслей у князя Константина. По повелению архиепископа игумен постриг его в иночество и нарек Кассианом. С верою и слезами умиления князь давал свои обеты Богу. Прочитав новопостриженному наставление о том, как должно жить иноку, игумен передал его старцу, упомянутому иеро­монаху Филарету, и поручил ему пещись о душе Кассиана.

Филарет был муж весьма благочестивый, исполненный страха Божия и любви, строгий монах и постник, и вся братия взирала на него, как на Ан­гела Божия. И Кассиан был весьма ревностным учеником его. Он старался в точности исполнять заповеди и наставления своего премудрого старца, к которому отно­сился с полным повиновением, послушанием и покорностью, как добрый воин Христов, как истинный христианский подвижник. Прежде всех приходил препо­добный в церковь Божию и уходил из нее последним; любил безмолвие, был кро­ток и нищелюбив; с охотой и без ропота исполнял подчас тяжелые монастыр­ские послушания, не забывая в точности совершать и свое келейное правило. Своими подвигами прп. Кассиан скоро превзошел всех в обители.

В это время прп. Кассиан познакомился с прп. Нилом Сорским (память 7/20 мая), основателем скитского жития в Русской земле, и, вероятно, руко­во­дился его наставлениями. Оба подвижника были дружны, проводили время в душеспасительных беседах и впоследствии переписывались друг с другом. Сохра­нились два послания прп. Нила, написанные, вероятно, прп. Кассиану. В одном послании Сорский подвижник решает вопрос прп. Кассиана, как ино­ку бороться с искусительными помыслами о прежней мирской жизни, во втором утешает преподобного в скорбях, которые его постигли.

В обители прп. Ферапонта прп. Кассиан прожил недолго1).

Неизвестно, что заставило его покинуть место своего пострижения, но толь­ко с несколькими иноками преподобный поплыл сначала по реке Шексне, затем вверх по Волге в княжество своего друга — угличского князя Андрея. Не доезжая 23 верст до Углича, при впадении Волгу в речки Учмы, преподобный вышел на берег, может быть, только для остановки для ночлега. Но Господу угодно было, чтобы здесь прп. Кассиан основал обитель. Место это понравилось подвижнику красотою, и он решился поселится на нем с некоторыми из своих спутников. Сотворив молитву, иноки водрузили вскоре крест, поставили сначала шалаш для жилья, а потом вскоре выстроили келлию и начали жить в пустыне, славя Бога день и ночь, сияя своей жизнью и богоугодными подвигами.

Но не могли смиренные пустынники укрыться от людей. Слава о святой жизни их прошла по всей Угличской области: услышал о них и князь Андрей Васильевич. Он призвал к себе прп. Кассиана и принял его с великой честью. Князь Андрей очень обрадовался, увидев своего старого друга, бывшего князя Конс­тантина, а теперь инока Кассиана, и долго с ним беседовал. Преподобный просил князя позволить ему построить монастырь на берегу реки Волги и реч­ки Учмы, в местности, где он уже поселился. С великой радостью исполняет князь угличский просьбу своего друга, дает ему богатую милостыню на пер­воначальное устройство монастыря, повелевает принимать в обитель братию и в заключение говорит: «Я должен помогать тебе, сколько в силах».

Вернулся прп. Кассиан в пустыню свою и приступил к устройству обители. Прежде всего по благословению Ростовского архиепископа Тихона (1489—1503) он построил храм в честь успения Божией Матери, затем поставил трапезу и келлии для братии.

Стали собираться к преподобному сподвижники, желавшие жить с ним и спасаться: одни приходили из мира и постригались здесь, другие являлись уже иноками из обителей, даже отдаленных. С умножением братии явилась нужда поставить игумена, но сам прп. Кассиан отказался от этой чести и на­зы­вался лишь строителем. Игуменом поставлен был один из братии. Князь Андрей уг­личский и бояре очень любили святого строителя и делали богатые прино­ше­ния в Учемскую обитель. Князь нередко посещал прп. Кассиана, молился в храме обители, отпускал средства на ее строение, кормил братию и давал им милостыню. Близ монастыря, в лесу, водились разные звери: лоси, олени, зубры, медведи, волки, лисицы и другие. Князь Андрей с боярами часто охотился здесь и тогда заходил в пустынную обитель прп. Кассиана и кормил братию.

Так процветала Учемская обитель. Но вот Господь посылает ей великое ис­пы­тание, которое, впрочем, не уничтожило обители, даже способствовало ее большему процветанию. Одной весной сделался такой сильный разлив Волги, что вода затопила монастырь прп. Кассиана, потрясла и разрушила деревянные строения, многие келлии и монастырские постройки совсем снесла. Это бедствие так огорчило иноков, что они хотели разойтись в разные стороны. Преподобный утешал братию и напоминал им о всемирном потопе, которым Господь наказал грешный род людской, затем прибавил: «И ныне, братия возлюбленная, пришла сия вода на нас за грехи и беззакония наши. Но, наказуя, Господь нас милует. И никто так себя не милует, как Бог нас милует. И теперь не скорбите: Гос­подь Бог не оставит нас, собранных во имя Его. Если же мы не будем терпеливы, то за что получим награду на небе? Ведь без подвига никто не получает венца. Потерпим мало здесь, да во веки возрадуемся. Возложим все упование свое на Бога и Его Пречистую Матерь, Питательницу нашу и Помощницу».

Утешенные такими словами святого, братия успокоились. Преподобный же Кассиан тотчас отправляется в Углич к князю Андрею. Он рассказывает о сво­­ей беде, а вместе с тем и просит у князя позволения перенести монастырь на дру­гое, более возвышенное место. Князь Андрей принял большое участие в горе препо­добного. Немедленно послал в монастырь богатую милостыню, съестные припасы для братии и повелел сказать им: «Не скорбите ни о чем. Всякую нужду вашу удовлетворю и недостатки исполню, только терпите на месте сем и не уходите; я стану помогать вам, насколько в силах».

Действительно, скоро князь послал плотников и многих слуг, которые заново обстроили церковь и весь монастырь, но уже на новом, более возвышен­ном и безопасном месте. В то время благочестивый князь на свои средства построил новую, вторую церковь обители в честь Рождества святого Предтечи и Крестителя Господня Иоанна. Для обеспечения на будущее время он дал монастырю землю с деревнями и починками1) и право собирать ругу2) в пользу церкви и все это закрепил своими грамотами с печатями.

Но вскоре после того, именно в 1492 г., прп. Кассиан лишился своего друга и благотворителя князя Андрея Васильевича. Князя Андрея вызвал в Москву брат его, великий князь Иоанн III, и приказал заключить его в темницу и за­ко­вать в цепи как изменника и крамольника. Заключены были в темницу в Пере­яс­лавле-Залесском и малолетние сыновья князя Андрея — Димитрий и Иоанн1).

После этого св. Кассиан прожил более 10 лет, сияя святостью и богоугодной жизнью. Он заботился не только о своей душе, но и о благе ближних своих, особенно нуждающихся. Руководясь словами Св. Евангелия, преподобный старался исполнить заповеди Господни: поил, кормил алчущих и жаждущих, одевал нагих, давал приют и пропитание странникам и не имеющим крова. Больным и нищим, лежащим на улицах и торжищах, подвижник раздавал милостыню и утешал их мужественно терпеть нищету ради будущих воздаяний. «Блажени, — говорил преподобный, — нищии не только духом, но и житием, яко тех есть Царство Небесное (Мф. 5, 3)». Св. Кассиан посещал заключенных в темницах, с любовью удовлетворял их нужды и утешал душеполезными словами.

Духовным другом и собеседником прп. Кассиана был прп. Паисий (+ 1504 г.; память 6/19 июня и 8/21 января), основатель Угличского Покровского монастыря. Прп. Кассиан познакомился с ним еще в миру. Тесная дружба связывала обоих подвижников, и прп. Паисий очень любил и уважал Кассиана. Перед своей кон­­чиной он завещал прп. Кассиану наблюдение за Покровской обителью, а братии приказал слушать и исполнять советы и наставления Учемского под­вижника.

После великих трудов и богоугодных подвигов пришло время преподобному переселиться от временной жизни к вечной. Предузнав свою кончину, он при­звал братию и дал им свое последнее наставление. «Братия моя возлюблен­ная, — говорил умирающий подвижник, — приходит день моей кончины. Я ухожу от вас к Богу, Которого возлюбил измлада. Вас же поручаю Спасителю, Пречистой Его Матери и великому Предтече Иоанну. По отшествии моем, возлюбленные братия мои, имейте между собою мир и любовь. Не опускайте службы Божией, пойте молебны; на литиях поминайте усопших и синодик прочитывайте, ибо кто поминает усопших, тот и сам будет помянут. Страннолюбия не забывайте. Умоляю вас, питайте нищих, сиротам помогайте и вдовиц защищайте от обижа­ющих их. Крестьян своих берегите, печалуйтесь за них пред государем и вель­можами. Берегите единодушно землю, принадлежащую обители. Игумена своего слушайтесь и повинуйтесь ему о Господе, как родному отцу своему, потому что, по апостолу, тии бдят о душах ваших, яко слово воздати хотяще (Ев. 13, 17)».

Преподав такое наставление братии, прп. Кассиан причастился Живо­творящих Христовых Таин и, благодаря Бога за все, предал свою чистую душу Господу 2 октября 1504 г.

На погребение преподобного стеклось множество народа, не только кресть­ян из окрестных сел и деревень, но и из города Углича монахов, духовенства и го­рожан.

Прошел год после кончины прп. Кассиана, и Господь Бог прославил угод­ника Своего великими и дивными чудесами, происходившими при его гробе. Но чу­деса эти начали записываться лишь с XVII столетия.

Благочестивый муж Дометиан, по прозванию Ширяй, и жена его Гликерия за год до разорения Углича поляками1) видели много раз прп. Кассиана ездящим ночью на белом коне и в белых ризах вокруг монастыря.

В правой руке преподобный держал множество зажженных свечей, от ко­торых весь монастырь и его округа как бы сияли. Свет был так велик, что его можно было видеть с противоположного берега Волги. Объехав весь монастырь, преподобный опять возвращался к тому месту своего упокоения, причем святые врата обители и церковные двери сами отверзались перед чудотворцем. Пора­женный чудным видением, Дометиан пришел в монастырь и рассказал об этом. Выслушав рассказ, игумен и братия прославили Господа, дивного со святых Своих, даровавшего им такого покровителя.

И действительно, преподобный не раз избавлял обитель свою от разных бедствий и несчастий. После разорения города Углича поляками и казаками многие жители его искали убежища в Учемской обители. Враги погнались за несчаст­ными и подошли к обители прп. Кассиана. Они умертвили многих монастырских прислужников, а иных связали и хотели ограбить монастырь. Один казак поехал на коне в святые врата обители, несмотря на то, что свя­занные служки говорили ему, что в святые врата не ездят на конях и даже неко­торые товарищи казака отговаривали его от этого. Но безумный никого не слушался, и прп. Кассиан строго наказал его за дерзость. Лишь только конь казака переступил подворотню, какая-то неведомая сила повергла его на землю. Вошел в него дух нечистый и стал мучить. Товарищи связали его и отвезли за две версты от монастыря, а так как он не переставал бесноваться, то, боясь гнева Божия, отсекли ему голову и оставили на том месте с конем и оружием без погребения. Скоро узнали о происшествии во всем войске и после этого никто из врагов не смел приблизиться к монастырю, боясь наказания от Бога.

Преподобный охранял свою обитель от воров и грабителей. Так, он наказал и обратил на путь добра одного известного вора и грабителя, слугу боярина Мсти­славского, которого звали Захария Рудак. Этот Захария ограбил иноков, при­шедших по монастырским надобностям в село Мышкино: он отнял у ино­ков коней и все, что они закупили, и отпустил ни с чем. Не удовлетворившись этим, Захария отправился в одну монастырскую вотчину к богатому крестьянину Василию Лукьянову, зная, что у него много денег и лошадей. Приехав туда ночью со слугами, Рудак стал спрашивать хозяина, который в это время был на гумне и готовил корм для скота. Догадавшись, кто к нему приехал, и пред­чувствуя, что Рудак явился в ночное время не для доброго дела, крестьянин поспешно скрылся в лесу. Подождав много времени, Захария наконец понял, что Василий скрылся от него, но не хотел уходить, ничего не получив, и решил дождаться его возвращения. Он велел подать себе ужин и стал есть и пить. Но Господь по молитвам прп. Кассиана чудным образом вразумил нечестивца. Как только Захария выпил первую чашу, им овладела такая слабость, что он не мог шевельнуть ни руками, ни ногами и глаза его стали плохо видеть. Та­кое состояние продолжалось и следующую ночь и день, пока несчастный не понял, что это прп. Кассиан наказывает его за ограбление иноков и монас­тырского крестьянина. Он приказал тогда слугам своим отвезти себя в монастырь и просить игумена помолиться о нем Пречистой Богородице и прп. Кассиану. Когда игумен отслужил молебен и окропил больного святой водой, то, благословив, приказал нести его к мощам угодника Божия. Со слезами раскаяния молился наказанный грабитель Пресвятой Богородице и прп. Кассиану и открыто исповедывал свой грех пред игуменом и братией, прося у них прощения и святых молитв; дал обещание не творить более обид монастырю, а, напротив, оберегать обитель и ее вотчины от злых людей и возвратить назад все, что раньше взял. Игумен и братия много дивились такой скорой перемене Захарии, Господь же, видя чистосердечное раскаяние и исправление заблудшего, простил согрешение его и тотчас исцелил так, как будто он никогда и не хворал. Бла­го­дарный за свое исцеление и исправление, Захария стал часто приходить молиться в обитель прп. Кассиана, приносил с собою богатую милостыню бра­тии, а перед смертью он завещал отдать монастырю коня своего с седлом, много домашней утвари и похоронить себя в обители преподобного.

Похожий случай произошел с монастырским поваром Вавилой, прозванием Молодой, который тайно от игумена крал хлеб и съестные припасы и носил их к себе домой. Преподобный наказал его за это горячкой. Вместо того, чтобы рас­каяться в своем грехе и просить прощения у прп. Кассиана и игумена с бра­тией, больной стал лечиться у разных врачей, но ни один из них не мог оказать ему помощи. И вот однажды ночью он видит чудный сон: явился к нему прп. Кассиан и говорит: «Вавила! Перестань красть монастырский хлеб и припасы и носить их из монастыря в свой дом; покайся в своем грехе отцу духовному и получишь исцеление».

Проснувшись, Вавила тотчас же пошел к духовному отцу, исповедал ему грех свой, обещая больше не красть, причастился Святых Таин и тотчас получил исцеление от своей болезни молитвами преподобного отца нашего Кассиана.

Богатый помещичий крестьянин деревни Настасьиной Косма, прозванный Богдан, без благословения игумена рубил монастырский лес для своих надобностей, не боясь Бога и прп. Кассиана. Соседи говорили ему, чтобы он не брал насильно лес, но спросил бы у игумена позволения, пока Господь не наказал его за это. Косма же, надеясь на своего знатного господина и свое богатство, с гордостью и смехом отвечал им: «Мне ли велите бить челом и бла­го­словения просить у них. Я не таким не повиновался, а у этих и без спроса возьму, и никто мне ничего не сделает».

Но через несколько времени у Космы сгорел овин, построенный из монас­тырского леса. Народ объяснил пожар тем, что овин построен из краденого леса и советовал Косме спросить благословения у игумена. Он же не слушал добрых советов и поставил новый овин из монастырского леса. Но и этот овин немедленно сгорел, как только начали сушить в нем хлеб, причем огонь едва не уничтожил весь хлеб Космы, стоявший на гумне. Теперь уже и домашние говорили ему: «Правду говорят люди: наши овины горят от того, что они по­стро­ены из не благословенного леса. Пойди, благословись у игумена».

Но Косма не послушался и домашних: построил третий овин из чужого леса и насадил его хлебом. Но и третий овин загорелся и огонь был так велик, что чуть не сгорела и вся деревня. Прибежали на пожар крестьяне из соседних деревень и все говорили Косме, чтобы он шел в монастырь и прочил проще­ния у Пресвятой Богородицы и прп. Кассиана, взял благословение у игумена на рубку леса. Тогда только он образумился и поспешил в Учемскую обитель. Здесь, горячо раскаявшись в своем согрешении, он просил игумена помолиться за него угоднику Божию. Игумен отслужил молебен, и Косма со слезами про­сил преподобного простить ему грех. Он сделал богатое приношение в церковь и обещал никогда не наносить обиды монастырю. Игумен дал ему краткое настав­ление и отпустил с миром. И с тех пор, благодарный за свое чудесное вра­зумление, Косма часто приходил помолиться в обитель, принося всякий раз богатую милостыню братии.

Однажды преподобный чудесным образом напитал рыбой иноков своей оби­тели. Это случилось перед светлым Христовым Воскресением, когда Волга только что вскрылась и нельзя было переправиться на тот берег, в село Мыш­кино, чтобы купить рыбы на светлый праздник. Братия были огорчены этим. Но преподобный Кассиан утешил их. По указанию странствующего инока нашли на бе­регу монастырского пруда двух больших рыб, которых и достало на всю светлую седмицу.

Иконописец священник Симеон дал обещание написать образ прп. Кассиана в надежде, что Господь пошлет ему за это мирную кончину. Боясь ошибиться в изображении угодника Божия, Симеон колебался. Он достал в Учемской оби­тели небольшое изображение преподобного, но не был уверен, правильно ли оно, и потому все еще не решался писать. И вот одной ночью, думая о том, как ему написать икону, Симеон увидел множество нечистых духов. В ужасе и трепете он призвал на помощь прп. Кассиана, и злые духи исчезли. Священник услышал громкий голос, как будто кто-то стоял у постели и говорил: «Пиши образ мой без колебания, пиши так же, как написан благоверный князь Роман угличский, только бороду сделай длиннее, чем у князя».

Явилась доска, которую священник приготовил для образа преподобного, и на ней он ясно увидел уже написанное изображение св. Кассиана: волосы длинные, борода длиннее, чем у князя Романа, русая, седины чуть заметны; подвиж­ник изображен в княжеских ризах. Священник проснулся, весьма обрадо­ванный тем, что прп. Кассиан показал ему, как писать его образ, и тотчас приступил к работе. Он написал преподобного в схиме. На следующую же ночь слышит он чудный голос во сне, который сказал ему: «Исправь браду, в чем ты неправильно написал». И тотчас явился у постели образ прп. Кассиана; подвижник был написан в схиме, как изобразил его Симеон, борода была до персей, русая, как бы обложенная серебром, седины ее были чуть заметны. Встав от сна, священник поправил икону. Так преподобный чудесным образом помог написать свою икону, которую священник и отправил в его обитель, рассказав игумену и братии о чудесных явлениях преподобного. Затем Симеон заболел и хворал два года, пока не записал рассказанного чуда.

Страдающие разными болезнями часто прибегали к преподобному Кассиану за помощью и по вере своей получали исцеление.

Так, по молитвам прп. Кассиана был исцелен от зубной болезни игумен Филарет, который долго и напрасно лечился у разных врачей.

Другой игумен — Гермоген — был дважды исцелен преподобным Кассиа­ном. На но­гах у него появились гнойные язвы, которые с течением времени все более и более умножались; образовалось с лишком 40 ран; стали гнить голени. Болезнь игу­мена продолжалась уже 20 лет. Напрасно лечился он у мно­гих врачей, при­зывая их издалека, тратя на них деньги: болезнь только уси­ли­валась. Но вот раз усердно помолился игумен прп. Кассиану о своих грехах и о своей бо­лезни, взял песку от гроба преподобного, пришедши в келлию свою, посыпал этим песком свои раны и лег спать. Встав утром от сна, он увидел, что болезнь прошла, язвы исцелели и обе ноги сделались здоровы.

Прошло несколько времени. Игумен Гермоген заболел глазами, но, позабыв о своем первом исцелении от тяжкой болезни молитвами прп. Кассиана, снова стал лечиться у разных лекарей, и опять без пользы: болезнь усиливалась и игумен даже ослеп на один глаз. Великая скорбь и печаль овладела Гер­мо­геном, и тогда, вспомнив о своем первом исцелении по молитвам прп. Кассиана, он решил обратиться к нему за помощью. С великой верой и умилением пришел игумен в церковь, слезно молился преподобному, прося у него исцеле­ния. Затем взял земли от гроба преподобного; придя в келлию, всыпал землю в со­суд с водою и, умывшись этой водой, исцелился от глазной болезни.

Не один раз прп. Кассиан исцелял больных беснованием.

Крестьянка Мария из деревни, близкой к Учемской обители, была одержима бесом и часто приходила в исступление. В припадке она никого не узнавала, на всех бросалась и била. Напрасно муж Марии обращался ко многим вра­чам — они не оказывали ей помощи. Так прошло полгода. Однажды больная немного пришла в себя, вот она слышит колокольный звон в обители прп. Кассиа­на, хотя на самом деле благовеста в это время там не было. Мария сказала об этом своим домашним. Те начали звать больную в монастырь, веря, что этим бла­говестом прп. Кассиан зовет ее к себе. Мария согласилась, но лишь только они переехали Волгу, как дух лукавый стал снова мучить ее и не давал идти. С великим трудом привели бесноватую в храм, отслужили водосвятный моле­бен преподобному и, окропив святой водой, приложили ко гробу чудотворца. На больную тотчас напал глубокий сон; сонную привели ее домой, и, проспавши целые сутки, Мария встала здоровой, как будто и не хворала.

Подобное чудо совершилось при гробе прп. Кассиана над юношей Гри­горием, единственным сыном одного крестьянина из села Клементьева. Этот юноша, одержимый бесом, бегал по лесам, бросался в воду. Родители, глу­бо­ко скорбя о болезни сына, безуспешно лечили его. Потом стали они ходить по мо­настырям, моля Бога и святых Его угодников об исцелении сына. Услышав, что в обители преподобного Кассиана совершаются исцеления, они пришли сюда и усерд­но молились. Затем попросили игумена оставить сына их на неко­торое время в монастыре. Игумен позволил и передал Григория под надзор пономаря. Прошла неделя. Юношу каждый день приводили в церковь и однажды, во время Божественной литургии, он получил совершенное исцеление: бес оставил его. С радостью великой пошел Григорий восвояси, славя и благодаря Бога и угодника Его, прп. Кассиана.

Много и еще дивных чудес совершил и совершает до ныне преподобный для всех с верою притекающих ко гробу его.

Святые мощи прп. Кассиана почивают под спудом в храме упраздненного Учемского монастыря. Они освидетельствованы в 1629 г. Ростовским митро­политом Варлаамом (1619—1652). Тогда же составлена была служба прп. Кассиану и установлено общецерковное празднование. Память его празднуется дваж­ды — в день кончины 2 октября и 21 мая — в день его тезоименитства.

Месяцеслов ЯнварьМесяцеслов ФевральМесяцеслов Март
Месяцеслов АпрельМесяцеслов МайМесяцеслов ИюньМесяцеслов Июль
Месяцеслов АвгустМесяцеслов СентябрьМесяцеслов Октябрь
Месяцеслов НоябрьМесяцеслов Декабрь
Жития святых АЖития святых БЖития святых ВЖития святых ГЖития святых ДЖития святых ЕЖития святых ЖЖития святых ЗЖития святых ИЖития святых КЖития святых ЛЖития святых М
Жития святых НЖития святых ОЖития святых ПЖития святых РЖития святых СЖития святых ТЖития святых УЖития святых ФЖития святых ХЖития святых ЦЖития святых Ч
Жития святых ШЖития святых ЩЖития святых ЭЖития святых ЮЖития святых Я

Официальный сайт Свято-Троицкого Ново-Голутвина монастыряРадио БлагоRambler's Top100Музей органической культурыВремя культуры
(c) 2005-2015. Фонд "Благо"